Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

"Дано мне тело - что мне делать с ним?.." (Еще отрывок из MEMENTO)

«Что есть наша физическая плоть, как не провиант для могильных червей?»
Свежее (2013) письмо на электронный адрес.
Владимир Львович! Как человек должен относиться к своему телу? Любовь к телу бездуховна? Ненависть к телу духовна? Что есть наша физическая плоть, как не провиант для могильных червей? К тому же оно является источником постоянных забот - его нужно кормить, одевать, обувать, греть, лечить и т. д. - на всё это уходит много времени, сил и денег. А сколько эмоциональных неудобств связанных с телом - одна необходимость испражняться чего стоит... Не зря же люди прячутся в туалетах, когда хотят разгрузиться. Если бы эти вопросы задали богу, как вы думаете, чтобы он ответил? Ваш читатель.
                     Старенькие, потрепанные вопросы, как из прошлых веков. Не поймешь, кто пишет: заплутавшийся в уплощенных представлениях о духовности верующий (но почему «богу» – с неуважительной буквы?), или прикалывающийся атеист, делающий вид, будто не понимает, что обращается не к попу-батюшке, а к врачу, для которого тело по определению свято.
            Если верующий, то должен бы знать сто тридцать восьмой Давидов псалом со строками:
               
Ибо Ты устроил внутренности мои
и соткал меня во чреве матери моей.
Славлю Тебя, потому что я дивно устроен.
Дивны дела Твои, и душа моя вполне сознает это
.
        Если атеист или агностик, мог бы свериться с Мандельштамом:
Дано мне тело - что мне делать с ним,
Таким единым и таким моим?
За радость тихую дышать и жить
Кого, скажите, мне благодарить?

Я и садовник, я же и цветок,
В темнице мира я не одинок.
На стекла вечности уже легло
Мое дыхание, мое тепло.

Запечатлеется на нем узор,
Неузнаваемый с недавних пор.
Пускай мгновения стекает муть –
Узора милого не зачеркнуть.
            Просит, чтобы ответил от Имени... Ну, рискнем.

              Недотворенное творение мое, дитя глупое и любимое, человечек мой! Знал бы ты, как мне понятны твои сомнения и страдания, как я чувствую их с тобой вместе, тобой чувствую, как стараюсь помочь... Но не перескочить через ступеньки делания, не пройти путь иначе как шаг за шагом, не подняться к вершине, не одолев ведущих к ней троп и круч.
            Ты в процессе, ты в деле, ты осуществляющийся проект. Ты настолько еще не завершен, не достроен, не доведен до ума, что долго еще будешь не в силах этого осознать. Бедный рассудок твой мечется в тисках неосмысленных слов, понятий и категорий, этих гипнотических мышеловок, придуманных такими же детишками, как и ты, ну, может, на одну-две детсадовские группы постарше. «Духовно ли любить тело? Духовно ли ненавидеть?» - вопросики, похожие на оторванные лепестки живого цветка. Нет, человечек, «духовного» и «недуховного», все едино в тебе и в природе. Считать тело только провиантом для могильных червей может только могильный червяк. Тело – сосуд бессмертия, дом души и ее исследовательская лаборатория. То, что ты это до сих пор не понял, не ощутил – моя недоделка, будем работать дальше.
           Недоволен, видишь ли, что приходится тебе, как всем зверушкам, писать и какать. А я этому радуюсь и грустно посмеиваюсь. Отчасти ты прав, смущаясь и морщась от отвращения – да, надо бы покрасивее, поизящнее, и чтобы пахло поприятнее или никак. Но знал бы ты, как всеобъемлюще важна и сложна проблема отходов жизни, какого требует внимания и расчетного труда. Худо-бедно в глобальном масштабе мне удается ее решать: отходы живых существ жизнь не портят, а  используются во благо. Нет ни одной какашки, которую кто-нибудь бы не скушал (на духовном плане тоже, но это как раз не всегда хорошо). Только ты, человечек, самая большая моя надежда, пока что подводишь и меня, и себя: хоть и научился более или менее эстетично нейтрализовывать свои естественные отбросы, зато гадишь сверх всякой меры кучами способов, не предусмотренных моим природным жизнеустройством, и превращаешь землю в мутирующую помойку. Если так и дальше пойдет, придется тебя, дружок, перемутировать в какого-нибудь чистоплотного куслика.
        Покамест кумекаю, как сделать тебя поумнее, как дотянуть до целостности мировосприятия. Ты ведь и меня все еще воспринимаешь как муха – не цельно, а лоскутками, кусочно, сообразно своим узко-корыстным эгоистическим интересикам. Моей целостности не постигаешь, как твою целостность не постигает какая-нибудь бактерия. Считаешь меня то всемогущим и маниакально во все вмешивающимся тираном, которому ты нужен как раб и робот, то благостным всемилостивцем, непонятно зачем всех своих детей убивающим, то каким-то безучастным небесным лентяем, запустившим однажды от нечего делать машинку Вселенной и дрыхнущим себе вечно на космическом облачке. А все это совсем, ну совсем не так. Все в становлении, в рабочих лесах, в потоке развития, и я сам в том числе и в первую очередь. Как и ты, я существо развивающееся, самотворящееся: что не мог вчера, сегодня уже могу, завтра смогу другое. Что сделаю завтра, то пересмотрю и переделаю послезавтра, но ранее сделанное тоже не пропадет. Заметишь ли ты это? Мои пространственно-временные масштабы для тебя пока слишком велики.

     Если бы ты, человечек, понимал, как устроен, с чего начинался и к чему направляешься своими нынешними возможностями, как сотнями тысячелетий идет работа по наладке, совершенствованию и развитию существа по имени Ты – нашлось бы у тебя и за что сказать мне спасибо, и в чем усомниться и обоснованно упрекнуть, как упрекаю себя и я сам. Я и стремлюсь к тому, чтобы ты все это понял и жил дальше все независимее от меня и свободнее. Хочу, чтобы мы с тобой стали равномощными друзьями, а потом чтобы ты меня превзошел – это ведь сверхзадача всякого родителя: вырастить из ребенка Превосходящее Существо. Это наш с тобой смысл, человечек, это наш бесконечный путь в бесконечное Совершенство...

формула душевного созревания

Предложение системы отсчета. Душевная зрелость начинается с мига, когда хоть на чуточку становится  ценнее любить, чем любимым (любимой) быть. 

Умозаключение такое нехитрое - прямо из текущего опыта. Зачаток душевной зрелости дан в природном опыте родительства, особенно материнства. Матери новорожденного (если она душевно хотя бы элементарно здорова), и по чувству. и по здравому смыслу совершенно не важно, "любит" ее дитя или нет, - сам вопрос этот на сей фазе развития ребенка абсурден. Зато совершенно самодостаточна ее собственная любовь к младенцу, она этим живет, и - если душа не затемнена - это счастье великое, едва ли высшее в целом свете.

Иосиф, новый сынок мой, еще совсем крошка (вон, слышу, пищит, сисю просит), долгонько еще не будет уметь нас с Марийкой любить, да и не известно еще, строго говоря, будет ли вообще. И это не имеет совершенно никакого значения. 

Спасибо, друзья, любимые мои,

ваши добрые слова очень важны для меня, очень поддерживают. 

Пока нет возможности делать длинные записи, буду кропать по-маленьку.

...Три часа ночи. В соседней  комнате-аудиостудии (где мы с Максом пишем "Музыкальную аптеку"), спят семилетний сын Данька и другой ребенок, подросток-спасеныш, девочка... Усыплял их  импровизированной фортепианной колыбельной сюитой.

Непередаваемо чудесны мгновения, когда дитя засыпает. Еще несколько минут, и душа погрузится в неисследимые глубиновысоты, во внемерные дали иных жизней, иных времен, в океан неведомых сущностей... Биоволны детского дыхания оздоровляют воздух. Излучения детского сна очищают пространство от миазмов грязных взрослых энергий. Если бы я был ангелом, я бы для отдыха от своих санитарно-спасательных дел только и слушал эту музыку чистоты. 
  





 

Вглядываясь в Суицидаль: маленький давний случай

Это письмо хранится у меня еще с советских времен, что по некоторым деталям легко понять. Но то главное и типичное для миллионов и миллионов семей, что описывается в письме, и к нашему времени ПО СУТИ нисколько не изменилось. Суть вот: непонимание взрослыми ребенка. Подмена душевного отношения "воспитательским" - функциональным.

12-летний шестиклассник пишет своей маме, которая находится на лечении в больнице; мальчик и его папа остались вдвоем.

Письмо написано мелким, но четким почерком на маленьком листке клетчатой тетрадной бумаги. Привожу полностью, без малейшей правки. Здесь и здесь - два листка оригинала. 

Мама!

Опишу тебе вчерашний день, как я его провел.

Встал рано (я теперь всегда так встаю) и пошел в школу в 10 мин. девятого. Вчера я в школе получил 5 по истории. Когда мы уходили из школы, я немного поссорился с Ерёминым, и, когда я стоял в очереди в раздевалку, он схватил мой портфель и спрятал куда-то его, а сам ушел. Я стал искать портфель, спрашивал везде, в раздевалке, в кладовке – нигде не было. Тогда я пошел домой без портфеля… Пообедав, и помыв тарелку, я поехал отвозить тебе электрокардиограмму. Приехал из больницы в 5 часов, позанимался музыкой и мне почему-то захотелось спать. Я лег и проспал до половины восьмого.

В 8 часов пришел папа, я ему рассказал о случае с портфелем. Он страшно рассердился, ругал меня, и послал в школу за портфелем. Я спросил его, можно ли мне будет погулять после того, как найду портфель? Он сказал: «Можно, но только до девяти часов».

Я пошел, но в школе очень долго ждал Клавдию Николаевну (классную руководительницу - прим. ВЛ) – у нее было совещание. Я все-таки дождался ее и долго потом еще ждал. Затем мы нашли портфель (он был в бытовом уголке) и я опять ждал Клавдию Николаевну, потому что она хотела идти вместе со мной домой.

Возвратился домой я в двадцать минут одиннадцатого. Гляжу – у папы очень сердитое лицо. Он еще ничего не сказал, как я ему все объяснил, почему я так долго задержался. Но папа оставался сердитым. Он показал мне книжку, на которой была на лицевой стороне обложки вот такая чернильная полоска (изображение полоски), а сзади – два чернильных пятнышка. Он стал ругать меня за то, что я «испортил» книгу. Я действительно читал эту книгу (А. Архангельский «Избранное»), но я не помню, чтобы я пачкал ее, может быть, это не я. Но дело не в этом.

Папа показал мне далее стул, на спинке которого была большая, свежая царапина. Это ошеломило меня. Я никогда ничего не клал на стулья, ни ног, ни всяких вещей (с тех пор, когда ты меня научила), однако, папа утверждал, что это сделал я. Я клялся, давал честное пионерское, но ничего не помогало, напротив, папа еще больше сердился. Кстати, еще я помыл только посуду, а кастрюлю не помыл. Это тоже один из предметов обвинения. В заключение папа сказал, что коньки он у меня забирает, и ушел в магазин. А мне стало так горько…

 Взгляд упал на пионерскую правду, на которой нарисованы мальчики с коньками подмышками, а у меня теперь нет коньков. Коньки мне подарили на день рождения, и, заметь, все подарки ко дню рождения у меня отобрали! И часы, и самописку, теперь коньки! И посмотри, за что у меня отобрали коньки! За случай с портфелем, за книжку, которую «портил» не я, за испорченные не мною стулья и, наконец, за невымытую кастрюлю….

Если ты меня хоть немного любишь и жалеешь, попроси папу, чтобы он вернул коньки, или я не смогу больше жить!

Твой Володя

Мальчик этот был довольно способным, учился легко, любил читать. Письмо написал грамотно, почти без ошибок (едва ли не единственная: «Пионерская правда» – с маленькой буквы и без кавычек). Спорт тоже любил, был энергичен, жаждал всяческого движения. Избалован не был, привык помогать по дому, беспокоился и заботился о здоровье родных.

            И вот психически и нравственно здоровый ребенок пишет письмо, концовка которого  недвусмысленно свидетельствует, КРИЧИТ – что из-за невыносимой душевной боли ребенок этот находится в пресуицидном кризисе: на грани самоубийства.

            Иной фыркнет: да что за повод? Подумаешь, отец отругал не совсем заслуженно, кого ж не ругают. Не избил ведь, даже не материл. Подумаешь, отобрали коньки, часы, самописку какую-то. Что за истерика? На жалость решил взять мамочку, чтобы воздействовала на папу? Манипулятор?..

Кто так подумает, тому бесполезно что-либо объяснять. Душевная тупость границ не знает и, за редкими исключениями, состояние необратимое. Детские переживания кажутся задубелым взрослым ничтожными пустяками, бурьками в стакане воды, или – когда ребенок входит в конфликт со взрослыми – злостными манипуляциями. И с крыш они прыгают, знаете ли, и вешаются, чтобы произвести впечатление и поманипулировать.

При той скудной жизни, которой жили тогда дети рядовых советских людей, и часы, и самопишущая ручка были для мальчика драгоценностями. И коньки были счастьем, кусочком свободы, кусочком любви – да! – это сейчас трудно себе представить, но так и было. В самом незначительном, на взгляд взрослых, предмете может сосредотачиваться для ребенка вся возможная радость жизни. И когда радость – подаренная! – вдруг подарившими отнимается, когда отнимаются и другие маленькие, но для ребенка огромные источники душевной подпитки – возникает НЕ СМОГУ БОЛЬШЕ ЖИТЬ.

И крик: «Если ты меня хоть немного любишь и жалеешь…»

Коротенькая, еще почти не бывшая жизнь висела на волоске.

              Папа мальчика не был жестоким человеком, не был тупым душевно. Был всего лишь обычным, психологически необразованным родителем, каких ПОДАВЛЯЮЩЕЕ большинство. Обыкновенным был честным тружеником, с обыкновенными житейскими зависимостями и тяготами, обыкновенной усталостью и раздражением. Воспитывал сына в убеждении, что главное – дисциплина и порядок, что нужна требовательность и строгость, что нарушения должны подлежать наказанию. Сына любил, конечно же, но что ребенок переживал – не ведал и не догадывался, как бесконечно важно в это вникать, чтобы понимать. Не представлял, что детскую душу можно и нужно постигать безоценочно, что с маленьким человеком можно и нужно вести диалоги как с существом равным, а быть может, и высшим.

Мальчик из тех лет (далеко не только из этого эпизода) вынес душевные шрамы, которые иногда воспалялись. Невыносимая, толкающая к самоубийству душевная боль с чувством безысходного одиночества, пробив однажды дыру внутри, возникала потом опять, уже по другим поводам, и во взрослости пару раз едва не…

Случай обычный и, Божьей милостью, благополучный. Остается добавить, что мальчиком этим был я, а папа успел понять, в чем был неправ.     

Неуслышанные мольбы. Детские самоубийства: когда опомнимся?

Простите, друзья, что в праздник влюбленности приходится вести разговор на такую серьезную и нерадостную тему. 
Уж так получается. 

Вдруг за голову схватились. Раньше будто не знали. Каждый день это случается, каждый день. Ежесуточно на территории нашей страны в среднем три – четыре ребенка убивают себя, десять как минимум пытаются это сделать. Мы на первом месте по уровню детско-подростковых суицидов в Европе и на третьем в мире (после Казахстана и Белоруссии – других двух постсоветских республик). При этом процент подростков, находящихся в состоянии депрессии, у нас оценивается в 20%, а среднемировой – 5%. 
А за голову схватились потому, что среднегодовая «норма» подростковой самоубийств у нас оказалась превышена только за две первых недели февраля. Уже похоже на угрожающую эпидемию. 

Из беседы с корреспондентом "Новых Известий" Александром Колесниченко


Корр. - Как родителям распознать, что их ребенок находится на грани самоубийства? 
Если детский пресуицид приходится «распознавать», значит, родитель либо далек от своего дитяти как от соседней галактики, либо находится в далеко зашедшей стадии душевного отупения. К сожалению, часто так и бывает. 
          Если дело доходит до пресуицида, резонно спросить: родители, а вы где? Вы вообще есть?.. Общаться надо с ребенком, просто общаться. Доверительно. Искренне. Без упреков. Без поучений. Без навязывания своих суждений и оценок (но и не скрывая их, а когда-то и твердо обозначая). Играть. Разговаривать. Вникать в мир ребенка и впускать в свой. Быть вместе и заодно, быть на связи. Дружить.
          И не подменять дружбу работой няньки, функцией снабженца, ролями начальника и надсмотрщика. Контроль нужен, помощь нужна, но дружба всего нужнее и может вместить в себя все и все заменить. Любящей, чуткой душе и внимательным глазам все открывается, даже если ребенок замкнут и малоконтактен.
Любой ребенок, как и любой взрослый, прежде того, как преступит роковую черту, посылает в мир крики, мольбы о помощи – словами или без слов, неуслышанные мольбы...

Полный текст интервью - на сайте, а также - под катом. 

Collapse )

Медаль или любовь?

...Если провести статистическое исследование, в каком проценте случаев родители одобряют дружеский, а тем паче любовный выбор своего ребенка, то наверное еле-еле наскребется один. А в остальных 99…
Может быть, это закономерность такая, правило с редкими исключениями: дружат не с теми, дочь влюбляется не в того, сын выбирает не ту? Правило роковой ошибки? И верна старая как Мафусаил теория, что любовь – род помешательства, помрачение рассудка, полет мотылька на пламя?.. Ведь найти того или ту, а не кого попало – задачка не из простых, самый важный и самый трудный жизненный выбор. Что в этом смыслит охваченная огнем слепой страсти душа, неопытный ум – как разберется? И правильно делали раньше в патриархальных семьях – не допускали любовного самовольства: женили на ком надо, выдавали замуж за кого надо, а не за кого приспичило, – стерпится-слюбится?
Но может быть, разгадка таится и в закономерностях родительской психологии? Может быть, так они устроены, родители, что любой сердечный выбор их ребенка заранее отвергается, и всегда находится тому рациональное обоснование? Может быть, это правило родительского отторжения, правило запрограммированной, предустановочной неприемлемости?..

Полный текст записи в "Строках о любви" на моем сайте.

«Откуда ты, прелестное дитя?»

Каждый родившийся ребенок – весть о том, что Бог еще не разочаровался в людях.
Рабиндранат Тагор

Уже писал* о неопределимости человека, являющегося на прием к психологу. Признавался в ненависти к слову «клиент» и сейчас подтверждаю. Психолог – не парикмахер, не официант, не банковский служащий. Не клиенты приходят к нему, а люди, человеки. Но как же их скопом всех обозвать? Посетитель? Ну нет. Ученик? Иногда близко к тому, но не то. Пациент – часто по сути так, да: пациент – терпящий, страдающий, претерпевающий. Все мы претерпеваем жизнь. Но пациент – это все-таки для медицины: человек болеющий или вроде того. К психологу чаще (или по идее) обращаются люди достаточно здоровые – или не слишком больные.

У священнослужителей проще. Приходит человек – стало быть, прихожанин, и все. Совокупность, собрание, сообщество прихожан именуется приходом, логично. Психолог такого определения своих подопечных позволить себе не может. Может быть, вот как раз «подопечные»? Близко, тепло… Но еще не горячо.

И вдруг сегодня слово как-то само появилось и вцепилось в сознание. Пришелец. Вот-вот. Я как раз ждал одного и ненароком сказал: «Ну, когда же ждать этого Пришельца?»
Нынешнее значение слова «пришелец» сдвинуто более к фантастике, чем к реальности. Пришедший не просто сюда – а Откуда-то. Нечто инопланетное, иномирное… Да вот как раз так и есть. Являющийся из Того, из Своего мира – в этот, в наш, в мой: таков каждый ребенок – Пришелец. Является Оттуда и становится здешним, тутошним – или не становится, или не совсем становится, это чаще всего.
Каждый взрослый, приходящий ко мне, несет в себе своего маленького Пришельца, обычно о том не ведая. Не скажу, что все проблемы идут от него, от Пришельца этого внутреннего – нет, но без него ни одной проблемы не решить.
=================

* «Смертный Иванов, к доктору!» 

Сказочка про шаткого Бычка и уверенного Качка

продолжение темы, начатой в записи «Садизм для самых маленьких»

Вчера пришло письмо:

ВЛ, недавно наткнулся на Вашу "Строку дня", посвященную детским стихам. 
В частности, "Кисоньке".
Мне невольно вспомнилось, как в детстве мне читали "Идет бычок,
качается..." и я испытал дикий ужас от того, что читают детям... Но
более того, я очень серьезно прочувствовал, что этот бычок живет во
мне самом. Ладно бы просто жил, а ведь претендует на господство,
делает выбор, дышит, зараза...

Я отчетливо понял, что в детстве чем-то внутренним сделал выбор на
принятие "бычка", вместо того, чтобы сопротивляться, сражаться за своё
право ходить смело и уверенно по этой доске, по другим доскам и более
того, научиться самому эти доски прокладывать. Этот "бычок" словно
шепчет во мне "Расслабься, расслабься... все равно упадешь... упадешь
с досточки, упадешь... почувствуй, как это классно, здорово, когда
знаешь, что упадешь... как тебя любят за это, любят...". И словно
начинаешь сжиматься, слабеть, теряешь какую-то глубокую внутреннюю
уверенность, жизнерадостность и начинаешь ждать, когда тебя будут
любить...

Сейчас я хожу вокруг да около и не могу понять ЧЕМ я сделал этот выбор
и КАК тем самым, чем выбор сделал, выбор свой изменить на другой.
Осознанно изменить, так как вот этот самый "бычок" такое количество
горя и бед принес мне, что пачки листов описать не хватит.

С надеждой, Федор

Вот мой ответ.

Федор, с бычком этим у вас получилось то, что в психологии зовут «интроектом»: непосредственное внедрение какого-то содержания, сопровождаемого интенсивным переживанием, в подсознание, вне критики и аналитики со стороны сознания. Что-то вроде того, как если бы маленький человечек проглотил кусочек еды в не растворяющемся целлофановом пакетике. Но кусок этот и из пакета может воздействовать на организм.
Интроекты такие в большом количестве образуются у маленьких детей. Они, собственно, и заполняют подсознание ребенка, и очень важно, чтобы позитивные интроекты по крайней мере преобладали над негативными
Но иногда, а то и довольно часто, негативные интроекты берут верх, если не глобально, то в каком-то ограниченном психологическом пространстве, и получаются вот такие штуки, как у вас. Одна из задач психологической помощи как раз и состоит в поиске и нейтрализации таких вот нехороших интроектов. 
Хороший метод нейтрализации – творческая переигровка: присоединение к содержанию переживания с переменой его знака. 
Приблизительно говоря, пересочинение сказки с плохим концом на сказку с хэппи-эндом. 
Если к этому присоединяется шутка, юмор, веселость, то совсем хорошо. 
Может, помните, мы публиковали в одной из рассылок литературную игру в перевертыши и предлагали ее нашим читателям. Духоподъемник "Торобоан" (рассылка № 125), Ответы на перевертыши (в конце рассылки № 126)

Вот и с бычком нашим несчастным можно поиграть в такие пародии-перевертыши. Например:

Оригинал:
Идет бычок, качается, 
Вздыхает на ходу:
– Ой, доска кончается, 
сейчас я упаду.


Перевертыш:
Сидит качок на лавочке 
и радостно поет:
– Сейчас надену плавочки
и побегу в народ! 


Другая энергетика, правда?
Если постараться интроецировать ее в себя, можно многого добиться :)
Попробуем?

***
Кстати, как раз вчера автору этого печально знаменитого «Бычка» (выразившего, как теперь можно думать, детское общественное подсознание тех суровых лет), любимой нашей бабушке Агнии Барто исполнилось сто пять годиков. 



И снова о любовных тянитолкаях...


Весь вечер мы с К. говорили о его личной ситуации. Пришли к ясному, четкому пониманию, что отношения с М. для него губительны (поэтому и обратился ко мне), и не только для него, но и для его ребенка… Согласились о стратегии и тактике выхода из этих отношений. Осталось только перейти к действию.
А на утро получаю от него письмо. «Нет, она хорошая, она вполне меня устраивает, она приятная и веселая, у нас полное взаимопонимание…»

Очередной случай зависимостного перевертыша сознания. Так точно переворачивается сознание алкоголика, который вчера вечером умолял помочь ему освободиться от зеленого змия, а сегодня утром, когда приспичило, уверяет, что никакой зависимости у него нет, что пить - это его право и нормальное удовольствие, что без этого и смысла жизни нет, и самой жизни...
Сколько их, этих тянитолкаев… Точно так одна моя родственница, влезшая выше крыши в зависимость от садиста-мужа (как раз типа перверзного нарциссиста) несколько раз прибегала ко мне с мольбой освободить от него, а когда я ей предлагал решительные меры - и реально помогал их осуществить, устраивал на другое жилье и пр., давал деньги и т.д. - через день-другой или через пару недель все бросала и сбегала к нему обратно, да еще и со злобными претензиями ко мне, с обвинениями, что я, демон эдакий, желаю разрушить ее семью. Полный перевертыш, оборотень!.. В конце концов, я был вынужден отказаться от попыток помощи ей, и сейчас она абсолютно раздавленное, жалкое существо, разрушенная и психически и физически, какая-то иссохшая искаженная тень прежней веселой и сердечной умницы, хотя она еще достаточно молода...
Человек может жить только в двух состояниях: свободы или рабства. Рабству легко сдаться, залезть в его теплую норку, а ведет эта норка вниз, вниз и вниз - прямым ходом в пропасть - в духовную деградацию, душевное и физическое разрушение и необратимое одиночество. В свободу тяжело выходить - карабкаться вверх - через страдание, через ломку, через КАЖУЩЕЕСЯ одиночество, через пустыню - зато потом ты в общении в целым миром, ты на своей вершине и можешь летать.
Есть жизненные выборы, жизненные решения, которые человек может принимать и осуществлять ТОЛЬКО САМ - как дышать, есть, думать... Для решений таких и осуществлений необходима СОБСТВЕННАЯ ЕДИНАЯ, с-интегрированная личность, СОБСТВЕННОЕ ЦЕЛЬНОЕ сознание, СОБСТВЕННАЯ жизненная цель и стратегия ее осуществления, СОБСТВЕННЫЙ жизненный смысл - и достоинство... У человека могут быть советники, учителя, гуру, исповедники, врачи и т.п., но собственной воли и собственного понимания и осуществления собственной жизни не заменит никто. "Можно подвести ишака к воде, но пить его не заставит и шайтан".
Основной вопрос для К., которого он так и не понял, увы, - не жить вместе с М. или не жить. Вопрос - БЫТЬ собой или не быть. Быть личностью или зомби. Хозяином своей жизни - или рабом своей зависимости, со всеми последствиями, многие из которых уже явственно обозначились и на физическом уровне, и в делах, и в психологическом состоянии.

Из моего письма К.
…Ревность М. к вашему маленькому сыну... Ревность к другой женщине - можно понять, естественно. Но ревновать любимого мужчину к его ребенку - ЧУДОВИЩНО. И это отношение любящей женщины?!.. Любящая и умная подруга - НАОБОРОТ - присоединилась бы к вашей заботе о сыне и других ваших детях, ПОМОГАЛА бы вам поддерживать ваших детей, БОЛЬШЕ бы заботилась о них, в силу женственного материнства, чем даже вы сами. А тут - игра только в одни ворота, только мне, мне и мне... Ну посмотрите же хоть чуть-чуть в глаза очевидности. Ревность к ребенку мужа - лакмусовая бумажка, тест безобманный, одного этого достаточно, чтобы решительно и навсегда спокойно прекратить отношения и идти дальше СВОЕЙ дорогой.

Вопрос к вам: хотите вы быть отцом своего сына, настоящим отцом - или нет? Или решаете обречь мальчика на безотцовщину, а далее, возможно, и на сиротство? Ребенок этот уже дан вам судьбой, Богом - уже в плане Провидения эта маленькая беспомощная жизнь... Спросите же себя - перед кем вы более ответственны - перед благополучной эгоисткой и манипуляторшей М., которая без вас ВПОЛНЕ проживет, или перед своей кровинушкой-малышом, который без вас НЕ проживет?.. Через семь-десять-пятнадцать лет: хотите ли вы, уже высосанный, разрушенный и немощный, сидеть безвольным рабом при мегере и не иметь душевной и жизненной связи с подростком-сыном, нуждающимся в вас как ни в ком более?.. Иметь жуткий комплекс неискупимой вины перед мальчишкой, закоснеть в полном бесчувствии, а то и раньше времени свалиться с инфарктом?..

Или хотите быть независимым, здоровым, уравновешенным, зрелым, веселым папой мальчика, уверенного в том, что у него есть папа, ЕГО папа - пусть и живущий отдельно, но СВОБОДНО и в досягаемости?

М. хочет отнять вас у вашего ребенка. Хочет вас иметь целиком, с потрохами. О чем еще говорить?..

Повторю сказанное вчера. Дайте себе по меньшей мере год УЕДИНЕНИЯ. Свободы. Насильственной, если хотите, свободы, да. Чтобы ПРИЙТИ В СЕБЯ.
В Себя - понимаете? Чтобы внутренне опереться на Себя - на Бога-в-себе. Возымейте терпение перестрадать, пройти ломку. И придет вознаграждение - ясностью сознания, покоем в душе, возможностью радоваться жизни и совершать СОБСТВЕННЫЕ поступки. И здоровье наладится. И дела пойдут вверх.

Ну, опомнитесь же. Вернитесь в СВОЕ сознание, в которое мы вошли вчера с вами вместе = и осуществляйте СВОИ решения.